Одноразовое использование - Страница 45


К оглавлению

45

— Как хотите, — согласился Сеидов. — Лишь бы не подвергать людей ненужному риску.

— Тише, — попросил Томашевски, прислушиваясь. — Останови машину, — приказал он водителю, открывая окно.

Тот послушно остановил внедорожник, сразу отключив свет. Две другие машины последовали их примеру. Майор прислушался. Теперь и все сидевшие в машине услышали гул разрывов снарядов и треск автоматных очередей, доносившихся откуда-то издалека.

— Это в нескольких километрах от нас, — мрачно прокомментировал Томашевски, — нужно было сделать больший крюк. Но мы боялись перепутать направление и не найти дорогу.

— Что делать? — спросил водитель. — Взять еще правее?

— Нет, — возразил майор, — давай прямо. Теперь уже поздно менять направление. Значит, террористы подошли не с запада, а с другой стороны, поэтому мы сейчас их слышим.

Томашевски вышел из машины и направился к двум другим. Сделав кое-какие распоряжения, он вернулся к своему автомобилю.

— Пани Алена, сядьте поближе к своему шефу, — попросил он молодую женщину. — А на ваше место мы положим какой-нибудь чемодан. Он, конечно, ненадежная защита, но от шальной пули может защитить.

— Может, мы просто поменяемся местами, — предложил Фархад, — я сяду на ее место в середине, а она на мое.

— А если начнут стрелять с этого боку? — спросил Томашевски. — Нет, так не пойдет. Сейчас мы переставим туда два чемодана.

Вместе с водителем он перенес два больших чемодана на заднее сиденье, закрывая ими левое окно. Алена подвинулась к Сеидову. Она оказалась к нему слишком близко, прижимаясь к Фархаду всем телом. Томашевски обошел машину, удовлетворенно кивнул. Затем снова влез в салон.

— Давай прямо и не останавливайся, даже если в нас будут стрелять, — приказал он водителю. — Только внимательно смотри вперед, чтобы мы не перевернулись.

Молодой человек, соглашаясь, кивнул. Машина двинулась дальше.

— Не боитесь? — шепотом спросил Фархад у своей помощницы.

— Нет, — ответила она. — Я думаю, что все будет хорошо. Тем более с вами. Вы уже были под обстрелом, а снаряд, как известно, два раза в одну воронку не попадает.

— За это время снаряды успели поменять свои траектории, — пошутил Сеидов, — прошло уже двадцать два года.

— Ничего. Я думаю, что все будет хорошо, — уверенно ответила Алена.

Было уже совсем темно, и они ехали медленно.

— Кажется, впереди мелькнули огни, — сообщил водитель по-польски, обращаясь к своему командиру.

— Поезжай еще медленнее, — посоветовал Томашевски.

Их скорость не превышала тридцати километров. Они выехали на склон большого холма.

— Дорога! — радостно сообщил водитель, показывая вперед. — Внизу южная дорога. Мы правильно выехали.

Он посмотрел на майора, и в этот момент раздалась автоматная очередь. Первая пуля попала парню в голову. Он дернулся, падая на своего командира. Кровь брызнула на одежду Алены.

— Руль! — крикнул Фархад, видя, как безжизненные руки водителя соскользнули с баранки. — Держите руль, майор!

Глава 15

Несчастный молодой человек был убит. Томашевски схватил руль. По другим машинам также стреляли. Потрясенная Алена проявила выдержку, она даже не вскрикнула.

— Помогите мне, — попросил майор.

Фархад, перегнувшись, помог ему перенести тело убитого на соседнее сиденье. Томашевски протиснулся на место водителя.

— Уходим, — сказал он отрывисто, — надеюсь, что другие машины сумеют уйти за нами. Если кто-то останется под этим обстрелом, то ему уже не спастись.

Он нажал на педаль газа. Как только они отъехали, раздался выстрел гранатомета.

— Держитесь! — крикнул майор, прибавляя скорость.

Алена схватилась за спинку переднего кресла. Ее все время бросало на Сеидова. Фархад подумал, что она мужественная женщина. Другая на ее месте уже давно потеряла бы сознание или рыдала от ужаса. На лице, шее, руках и на одежде остались брызги крови убитого, но она стойко держалась.

Сеидов обернулся, чтобы посмотреть, где другие машины, но ничего не увидел. За ними клубилась пыль. Где-то позади раздался еще один взрыв. Очевидно, из гранатомета выстрелили во второй раз.

«Лишь бы не попали», — обреченно подумал Сеидов.

Через несколько минут они уже видели перед собой дорогу. Лишь когда выстрелы стали звучать далеко позади и они подъехали к дороге, Томашевски наконец остановил машину. Все тяжело дышали.

— Кажется, прорвались, — сказал майор.

Он взглянул на убитого.

— У него в Кракове осталась невеста, — пробормотал Томашевски.

Он вылез из машины, с каким-то ожесточением хлопнув дверцей. Фархад посмотрел на сидевшую рядом Алену. Его просто поражало ее самообладание.

— Вы молодец, — убежденно произнес Сеидов. — Представляю, как вам нелегко.

— Выпустите меня, — попросила она.

Фархад выпрыгнул из автомобиля. Она вышла следом, уходя куда-то за машину. Подъехал еще один автомобиль. Это был «Ниссан», который шел третьим. Ему досталось с другого бока. Машина была прострелена в нескольких местах, но по-прежнему могла двигаться. Из автомобиля вышел сержант. Он успел дать несколько очередей в стрелявших. Тяжело дыша, он подошел к своему командиру.

— Что у вас? — спросил Томашевски. — Есть раненые?

— Салон автомобиля пробили два раза, — доложил сержант, — но убитых и раненых нет.

Из машины буквально выполз Кажгалиев. Его тошнило, и он начал изрыгать содержимое желудка прямо у автомобиля. Офицеры отвернулись. Побывать впервые под таким обстрелом — означало пройти серьезное испытание.

45